воскресенье, 7 сентября 2014 г.

Участник конкурса в номинации "Поэзия" Боровский Илья

По глазам Пресвятой Богородицы

Отыщи в бесконечной степи,
Двух коней, моей жизни без стремени,
Дай овса им и дольку любви,
Чтоб они, не терялись во времени.

Посмотри, как сгорает восход,
В небесах, вырастая из семени,
Облака провожает в поход,
Чтоб они не терялись во времени.


Завтра с ними, на юг уплыву,
Позабыв, из какого я племени,
Незабудок на память сорву,
Чтоб они, не терялись во времени.

Навсегда увлеченный судьбой,
Я покину свой дом у околицы,
И узнаю, что будет со мной,
По глазам Пресвятой Богородицы.

Я взойду на великий Афон,
Скину груз непосильного бремени,
К старикам опущусь на поклон,
Чтоб они, не терялись во времени.

Там в толпе одиноких людей,
Окунувшись в озера из зелени,
Обниму всех родных и  друзей,
Чтоб они, не терялись во времени.
Отдышу под хрустальной луной,
И у самого рая, как водится,
Я узнаю, что будет со мной,
По слезам Пресвятой Богородицы.

Все  преграды с молитвой пройду,
Города возрождая из темени,
И святыни свои обрету,
Чтоб они, не терялись во времени.

Я прилягу на вечный покой,
В том краю, горевать не приходится,
И узнаю, что стало со мной,
По словам Пресвятой Богородицы.

Где-то  над Окинавой
Нам бы только заснуть,
С хризантемой  в руке,
Фудзи в память о нас,
Приготовила свечи.

И отправившись в путь,
Выпить кружку саке,
Где небесный каркас,
Нашей кровью отмечен.

В черной сакуре дней,
Бесконечно темно,
Отпускает мандраж
И в божественный ветер.

Мчится горстка парней,
Чтоб отправить на дно,
Смертоносный багаж,
Огнедышащих  вепрей.

Не окутает сон,
Просветленная грусть,
Наш маяк догорев,
Вспашет лопастью  море.

В алой чаше со льдом,
Горько- траурный блюз,
Хиросимский напев,
С  Нагасаки в миноре.

Самурайской судьбе,
Предначертана смерть,
С вечным долгом за тех,
В ком природная нега.

Жизнь одна, но в борьбе,
Цель проста - долететь,
И погибнуть не грех,
Ради мирного неба.

Поминально- поэтическая ода

Поэты долго не живут,
Их дух ранимее, нежнее,
Они в раю куда нужнее,
И в смертный час туда идут.

Поэты долго не живут,
Об этом, все твердят в лицо им,
Мы чтим Цветаеву и Цоя,
И помним срок своих минут.

Поэты долго не живут,
И оттого мне все грустнее,
Ведь знаю точно, по весне я,
В тот  край нас тоже призовут.
                                                                        (Посвящается всем безвременно ушедшим поэтам).

        Моя Родина
Моя Родина - минное поле
И земля у разрытых могил.
Моя Родина воля в неволе,
Горький воздух, что грудь мне сдавил.

Моя Родина - вечная битва.
Средь берёз и немых тополей,
Надо мною глухая молитва,
Как над тысячью сыновей.
Моя Родина пни на дороге,
Озаренные вечным огнем,
Что не век, то правители-боги,
Прорубавшие счастье мечом.

Моя Родина внемлет природе,
Верит всем направленьям ветров, .
Но мечта быть у запада в моде,
Закрывает страну на засов.

Моя Родина- вечная битва,
Средь берез и немых тополей,
Надо мною глухая молитва,
Как над тысячью сыновей.

   Перевал
Впереди перевал! Позади перевал!
Между ними, лишь наша застава.
И орёл, до такой высоты не взлетал,
Но парила здесь, доблесть и слава.

Оборону ведём. Третий день под огнём!
Надрывая душевные фибры.
В перерывах, мы письма на родину шлём,
"-Мол, играем, в военные игры!"

Вспоминая, как бились деды, за Кавказ,
Беззаветная храбрость в народе.
Этот подвиг, вселяет уверенность в нас,
Что не сгинем, на горной породе.

В нашем взводе, есть все, от юнца, до бойца.
Хоть обстрелам не видно предела.
В канонаде сливаются наши сердца
И радеют, за общее дело.

Бьёмся до слепоты; без еды и воды!
Наши руки и нервы на взводе.
Нам сегодня Россию спасать из беды,
Завтра вахту нести в небосводе.

Впереди перевал! Позади перевал!
Между ними, пылает застава.
И орёл, до такой высоты не взлетал,
Где витает бессмертная слава!

И орёл, до такой высоты не взлетал,
Где витает бессмертная слава!

Уходят гении с планеты                                                                      
                                                                       ( посвящение В. Цою, В. Высоцкому, И. Талькову)
Уходят гении с планеты,
Их пробил час. В последний раз.
И не вопроса ни ответа,
Лишь горечь слез. Обрывки фраз.

Померкла белая комета,
Сорвавшись вниз, под дикий визг.
Они несли нам в душу лето,
Припав к земле, как желтый лист.


И на завтра во всех областях,
Мы услышим в вечерних вестях:
- Он мог и выпить и песню спеть!
Он не успел? Он не успел!
Да и мог ли, успеть?

Уходят гении с планеты,
За годом год. Такой народ.
И первый скажет: «- Песни спеты!»
Второй нальет, за них споёт.

Как будто стало меньше света,
Без их речей, без их идей.
Уходят гении с планеты,
Им не бродить среди людей.

И под ночь, засидевшись в гостях,
Нам расскажут о них в новостях:
- Он мог и выпить и песню спеть!
Он не успел? Он не успел!
 Да и мог ли, успеть?

      Пуля
Все мы подобны пуле,
Выпущенной из ствола,
Не удержались в дуле,
Значит пора пришла.

Вырваться к главной цели,
Не уронив прицел,
Многие  не сумели,
Кто-то едва успел.

Так и сгорим, в работе,
Или прервёт стена,
Нашу судьбу на взлёте,
Нам не испить до дна.
                         
  Безысходная неопределенность (Приметы времени)
Безысходная неопределенность,
Выклюет глаз, ползучему дню.
Где взволнованность, близость, влюбленность?
Сгнили вчера, все на корню.

Изнывающая неосведомленность,
Сбреет с висков, мокрую дрожь.
Где открытость, беспечность, раздольность?
Сгинули прочь. Что с них возьмешь?

Разрывающая неудовлетворенность,
Крики души, в шепоте глаз.
Где приметность, фактурность, исконность?
Изгнанный в рай, Яблочный спас?

Характерная безаппеляционность,
Вышвырнут в дверь, вещи в окно.
Где взаимность, совместность,  сплоченность?
В холоде чувств, камнем на дно.


Безусловная недоговоренность,
В стае волков, выть на луну.
Где открытость? Взаимность? Влюбленность?
Ищут во тьме, место ко сну.

          Двенадцать Жизней

Мне сказали, у меня двенадцать жизней.
И что в доме моем, враги засели.
Мне сказали, стрелять – последнее в деле.
Только это может, точно, пригодиться в выси.

Иногда я смотрю, на разбитые блюдца,
И смотрю, на разбитые карусели.
Мне напомнят они, мое сердце.
И мой дом, в котором враги засели.

Я вчера видел точно, над куполами,
Ту ошибку жизни, что звали любовью.
А в руках у нее, красное пламя,
И склонилось оно, к моему изголовью.

Мне приснилось, простился, я с этим светом,
Но себя мне вроде, ничуть не жалко.
И сижу я в эдеме, на кресле качалке.
А колени навеки укрыты пледом.

Мне приснилось у меня двенадцать жизней,
Начинать с нуля, никогда не поздно,
И поняв, что я в жизни душой не нищий,
Я на дело отдался, весьма серьезно.
Мне у входа в метро, ворожила гадалка,
На пути моем вражьи возникнут беды.
А друзья, будут ставить, в колеса палки,
И сто лет, не видать над собою победы.

Но проснувшись на утро, двенадцатой жизни,
Напою себя, крепким, горьким чаем,
И поняв, что я в жизни, совсем не лишний,
Буду счастье искать между адом и раем.
                               
      Ода борьбе
Нас и так и сяк!
Мы ни как.
Нас и в лоб и в грудь,
Не столкнуть!
И назад и в бок
Всё не впрок!
Нас и в дверь давно,
Мы в окно.
И идем вперёд всё равно!
Не смутить борьбой,
Не спугнуть.
Не пройти её стороной.
Не прибавит сил
Нам покой.
Ведь борьба и есть -
Путь земной.


Новые Робин Гуды

Тем, кто выжил в крутых катаклизмах,
Кто не канул в протухшей воде,
Не смотрел через узкие призмы,
На изменчивость мозга в среде.

Эта песня для вас Робин Гуды,
Эти строки как гимны в душе,
Вы спешите, не тратьте  минуты!
Чтоб представить нам жизнь в неглиже.
Вы в боях не латаете раны,
Чтобы с кровью ушла суета,
И народ, призывая с экрана,
Вы поете о вечном, всегда.

Тем, кто выдержал бури  не в страхе,
Кто с крестом был своим до конца,
Тем, кто вытерпел веру на плахе,
И страдал, не теряя лица.

Эта песня о вас Робин Гуды,
Эти строки как гимны в душе,
Даже злые словесные груды,
Не собьют вас с дороги  уже.
Свежий клад человеческих истин,
Словно сеете вы на меже,
Только грянет расплата как выстрел,
Вы представите мир в неглиже.


Комментариев нет:

Отправить комментарий