* * *
Мы, люди, связаны друг с другом
Родством, любовью и враждой –
Как поле, вспаханное плугом
И разделённое межой.
И если град из туч сорвётся
На золотые волны ржи, –
С землёй смешаются колосья
По обе стороны межи.
1964
ГУДЯТ КОЛОКОЛА
Пожар стоит столбом от поля и до неба,
В удушливом дыму колокола гудят,
А те, кто поле сжёг, кричат: «Вина и хлеба!» –
И видеть ничего, и слышать не хотят.
Вновь дикая вражда. Её слепая сила
Все связи порвала – раздоры без конца.
Иль нет теперь беды, чтоб нас объединила?
Нет радости такой, чтобы слила сердца?
Идёт на брата брат. Сосед готов соседа
Убить или предать в объятья палача.
Тяжёлый мрак облёг четыре части света.
Увидим ли опять хотя бы тень луча?
О, русская земля! Тебе всего тяжеле:
Ты в щедрости своей давно изнемогла
И нищенкой стоишь пред миром…
Неужели
И в самом деле ты виновней всех была?
Столь, видно, тяжек грех любви
и бескорыстья,
Что спуску нет тебе и ныне, и вовек.
Как с дерева к зиме летят по ветру листья,
Так пó миру тебя пустил двадцатый век.
Но если только жизнь кончается
не смертью
И вечность про запас у каждого из нас, –
С каких кровавых жертв, с какого
лихолетья
Начнётся для тебя преображенья час?
Слетятся ли опять крылатые дружины,
Чтоб славу добывать величью твоему?
Чтоб снова доказать, что мы несокрушимы!
…Колокола гудят в удушливом дыму.
1989
Мы, люди, связаны друг с другом
Родством, любовью и враждой –
Как поле, вспаханное плугом
И разделённое межой.
И если град из туч сорвётся
На золотые волны ржи, –
С землёй смешаются колосья
По обе стороны межи.
1964
ГУДЯТ КОЛОКОЛА
Пожар стоит столбом от поля и до неба,
В удушливом дыму колокола гудят,
А те, кто поле сжёг, кричат: «Вина и хлеба!» –
И видеть ничего, и слышать не хотят.
Вновь дикая вражда. Её слепая сила
Все связи порвала – раздоры без конца.
Иль нет теперь беды, чтоб нас объединила?
Нет радости такой, чтобы слила сердца?
Идёт на брата брат. Сосед готов соседа
Убить или предать в объятья палача.
Тяжёлый мрак облёг четыре части света.
Увидим ли опять хотя бы тень луча?
О, русская земля! Тебе всего тяжеле:
Ты в щедрости своей давно изнемогла
И нищенкой стоишь пред миром…
Неужели
И в самом деле ты виновней всех была?
Столь, видно, тяжек грех любви
и бескорыстья,
Что спуску нет тебе и ныне, и вовек.
Как с дерева к зиме летят по ветру листья,
Так пó миру тебя пустил двадцатый век.
Но если только жизнь кончается
не смертью
И вечность про запас у каждого из нас, –
С каких кровавых жертв, с какого
лихолетья
Начнётся для тебя преображенья час?
Слетятся ли опять крылатые дружины,
Чтоб славу добывать величью твоему?
Чтоб снова доказать, что мы несокрушимы!
…Колокола гудят в удушливом дыму.
1989
Комментариев нет:
Отправить комментарий